Вверх

warhammergames
Wargame39
[ Регистрация · Вход ] [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · В закладки · RSS · Мобильная версия ]
Страница 12 из 12«12101112
Модератор форума: Shepard, Пферцегентакль, Грузовик, Потолочный_котэ 
Форум » RPG » Таверна » Приключения героев Трактира №30 (Тьма над Раной...)
Приключения героев Трактира №30
ПферцегентакльДата: Пятница, 21 Окт 2016, 11:30:47 | Сообщение # 166
Генералиссимус

Не имеется
Сообщений: 28842
Репутация: 377
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Пол: Мужчина
Пользователь №: 2561
Регистрация: 08 Апр 2011
Группа: Создатели
Страна: Российская Федерация
Город: Екатеринбург


- Вселенная таит множество ужасов, господин, таких что сама мысль о них навсегда меняет человека, развращая его и толкая по пути служения Губительным Силам. Есть великое множество вещей о которых вы не знаете, так как же как не знаю и я. Лишь Инквизитор Медин имеет представление о части из них и это как раз потому что он имеет своё столь высокое положение, равно как и доверие Трона - именно по этому мы сейчас и должны держаться его. Вот о чём в первую очередь говорит мой опыт, господин. - Соломон окинул бойцов СПО взглядом, в равной степени сочувственным сколь и требовательным. - Вы... Мы все защитники этого священного мира, храма нашему Богу-Императору взирающему на нас в этот самый момент! Рука Его провиденья вела нас с самого рождения для того что бы каждый из нас в этот час оказался здесь, для того что бы мы сразились с Его врагами в этом священном месте! Никто из нас не оказался здесь случайно! И все мы, в этот самый момент, ощутили прикосновение Императора, потому что Он призвал нас к оружию. Вы - стража этого мира. Вы - защитники Человечества. Вы - воины Императора. И настало время вести себя соответствующе! - Крестоносец промолчал, а после вновь обратился к Нераку. - Господин, вы лучше меня знаете что бывает за неподчинение приказам, но всё же вы оказались достаточно мудры для того что бы не совершить ничего не поправимого. Вы собрались здесь что бы защищать Рану, так защитите её. Ведите своих людей и помните что рука Императора направляет всех нас.

 
Gross_DarknessДата: Пятница, 21 Окт 2016, 15:02:13 | Сообщение # 167
Генералиссимус

Не имеется
Сообщений: 3930
Репутация: 439
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Имя: Ян
Пол: Мужчина
Пользователь №: 5003
Регистрация: 07 Апр 2013
Группа: Создатели
Страна: Российская Федерация
Город: Москва


Спустя несколько минут ворота штаба Центрального военного округа отворились и наружу вышли Соломон и Нерак, слегка пошатывающийся и бледный сверх меры. Подойдя к инквизитору, Нерак протянул ему свой табельный пистолет.
— Прошу прощения, за свои былые заблуждения, господин инквизитор, — горько начал он. — Я был уверен, что в свете всех этих последних потрясений за смутой стояли именно вы. Я осознаю свою ошибку и клянусь своей душой - я на Его стороне, на стороне Его Империума и на стороне Его служителей.
Брандес замялся.
— Нам противостоят Ангелы Смерти, господин инквизитор. Соломон убедил меня, что только вы знаете, как с ними бороться. Мои люди готовы защищать этот мир, но не знают как, я не знаю как. Каков наш враг и почему Ангелы Смерти предали Бога-Императора?


Текущее ФРПГ: Тьма над Раной...
Обсуждение ФРПГ
 
МединДата: Воскресенье, 30 Окт 2016, 08:35:45 | Сообщение # 168
Первый легион

Imperial Guard
Сообщений: 519
Репутация: 213
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Пол: Мужчина
Пользователь №: 2684
Регистрация: 22 Июл 2011
Группа: Модераторы
Страна: Российская Федерация
Город: Москва


Появление Нерака и Соломона, можно сказать спасло штаб от полного уничтожения. Потому как Медин уже собирался связаться с артиллеристами и уничтожить рассадник паникёров и предателей, что забыли истинный свет Бога-Императора. Прежде чем эта своеобразная парочка дошла до Артула, тот успел связаться с артиллерийскими подразделениями и отменил свой предыдущий приказ, дав указание готовиться встретить врага.
Ну а выход на связь Ангальта был довольно предсказуем. Вот только его доклад особо не радовал.
- Да на кой он мне сдался? - без приукрас ответил Инквизитор, при этом его лицо озарило презрение - лично проведите допрос. Можете не стесняться в достижении своей цели. Нам нужна информация, а вежливость и учтивость оставьте для дам на балу у губернатора. С этими отродьями нужно разговаривать с помощью калёного железа. А пока у меня ещё остались дела с Нераком - закончив на этом сеанс связи, мужчина дождался, когда к нему подошли Соломон и Нерак.
Полковник стал нести какую-то околесицу, будто за мгновение изменился. Сейчас он был похож на бесхребетного слизня, а не на воина Его.
- Возьмите себя в руки, полковник. Над Раной нависла угроза. И только сообща мы сможем остановить и разгромить врага, каким бы он не был. Укрепитесь верою и готовьте своих подчинённых к бою. Я не позволю, чтобы этот священный мир был осквернён Губительными Силами - он осенил себя аквиллой и развернувшись, направился к химере. Сейчас Инквизитор собирался вернуться в основной штаб, дабы оценить общую обстановку.


На место павшего встанет десять бойцов
 
Gross_DarknessДата: Понедельник, 02 Янв 2017, 23:43:59 | Сообщение # 169
Генералиссимус

Не имеется
Сообщений: 3930
Репутация: 439
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Имя: Ян
Пол: Мужчина
Пользователь №: 5003
Регистрация: 07 Апр 2013
Группа: Создатели
Страна: Российская Федерация
Город: Москва


Битва в космическом пространстве вокруг мира-церкви Рана Терциус


Борт линкора «Maledictis Furorem». Зал Стратегиума.


Венштер мерил мостик шагами, обшитые мехом подошвы сапог тихо шелестели по стальному полу. В сути своей это были единственные звуки, раздававшиеся сейчас в Зале Стратегиума могучего линкора - все, кто мог ещё хоть как-то нарушать тишину были слишком заняты и сосредоточены, чтобы двигаться. Вглядываясь в большой обзорный экран, капитан цур-зее внимательно следил за неторопливым танцем вражеских кораблей, меняющих позицию как перед атакой.
По краям экрана бежали цепочки цифр, передававшие обработанные тёмными когитаторами данные. Выстраиваясь в бесконечную колонну, они ни на секунду не прекращали меняться, отображая поступающие на командный пост потоки данных о каждом корабле, нащупанном мощными сканерами «Maledictis Furorem».
Лорд Эрих преспокойно сидел на своём троне, прикрыв глаза и казалось задремав. Но это было не так - сейчас он наблюдал. Висел и наблюдал.
К вящей досаде лорда Ксаны на борту звездолёта было не больше трёх-четырёх сотен Одарённых. Проводники невероятной мощи Имматериума, наделённые от рождения даром Видения, могли служить его глазами и ушами, вести его корабль сквозь бури Варпа и подсвечивать цели с кратчайшим путём для чудовищно хищного духа линкора.
Эрих, а вернее его психическая проекция, висел над самым носом корабля, всматриваясь вперёд словно вахтенный офицер на древнейшем парусном корабле. Со всех сторон его окружала лишь тишина - космос был безмолвнее могилы. Везде, куда ни глянь были видны мерцающие огни - далёкие звёзды манили неизвестностью и освещали бледным светом борта звездолёта. Он оглянулся, вглядываясь с носовой оконечности вдоль хребтовых укреплений корабля - зрелище уходящих на более чем пятнадцати километров вдаль шпилей и башен зенитных орудий было само по себе завораживающим, а едва различимая вдали пирамидальная надстройка казалась надвигающимся чудовищем.
И всё это чёрное великолепие светилось тысячами бледных огоньков - псионическому зрению было всё равно, сколько десятков метров броневой стали защищали обитателей внутри корабля от внешней среды, пристальный взгляд лорда пронзал пространство и металл с равной лёгкостью. Свет душ экипажа, состоящего в почти абсолютном большинстве из ксанцев был тусклым и бледным, малозаметным для духовного ока. Зато некоторые огоньки буквально сияли - яркие души рабов, пленных и всех тех, кому не повезло сделать свой первый вздох на Ксане. В одном из трюмов сияли два особенно ярких огонька, они почти сплавились вместе, источая лучи страсти. На орудийных палубах тусклые огоньки ксанских комендоров пульсировали волнами сдерживаемой злости и жаждой действия - Эрих в красках увидел замерших в готовности артиллеристов и прильнувших к дальномерным прицелам наводчиков. В глубинах корабля мельтешили подрагивающие огни душ бегущих по коридорам солдат Пепельных Призраков, готовящихся занять места в транспортах. И где-то в Залах Легиона, Побед, Арены и Памяти тускло горели едва заметные огни воинов IX-й Когорты Чёрного Легиона...
Эрих перенёс взгляд на боевую баржу и его слегка удивило то, что он увидел - духовный взор лорда показал «Sanctum Terra» во всех переливающихся красках, души Несущих Слово горели настолько ярко, что казались фонарями. Один из огней светил особенно сильно - будь псионический взор лорда материальными, то он бы неминуемо ослеп на немалый срок. Эрих мрачно покачал головой - ему было неприятно осознавать конечную судьбу своих дальних кузенов. Сколько раз он видел, как души чемпионов покидали убитые смертные оболочки? Он уже не мог сосчитать, даже когда эти души воспаряли из под его руки - подобные мелочи не заботили лорда Ксаны. Но его всегда злило то, как сияющие души этих воинов гаснут и растворяются в безбрежном, вечно бушующем багрово-фиолетовом океане. Если и было что-то, что могло действительно ужаснуть повелителя целой Когорты и половины одного из самых больших миров в пространстве Великого Ока - это окончательная гибель. Перспектива вечно быть не более чем бестелесным призраком всегда казалась ему самой привлекательной, какую бы цену не следовало бы за это заплатить...
Он отвлёкся от мрачных мыслей и попытался сконцентрироваться на деле. Но это получилось с трудом - внимание лорда привлекло пурпурное сияние. Рейдер «Superbia Cinis» светился так, словно представлял собой второе солнце системы, пылая тысячами ярких огней, источающих настолько пылающие пульсации и лучи сильных эмоций и страстей, что Эрих отвернулся - ему казалось что он даже слышит приторно-сладкий запах, разящий от этого космического дворца.
Сир... — пропульсировал в его сознании знакомый голос. Лорд обернулся - к нему, ковыляя и опираясь на клинковый посох, шагал Царнах. Было крайне забавно наблюдать, как слегка размывающаяся тёмная проекция колдуна бредёт по воздуху, ступая по незримой дороге.
Так и знал... — кивнул Эрих, поворачиваясь к далёкому орбитальному форту. Тысячи огоньков внутри него источали то страх, то решительность, то надежду. Где-то там вырвавшиеся далеко вперёд духи Агникхардаров прорывались в душу отчаянно сопротивляющегося астропата. — Решил нагнать меня? Зачем ты здесь?
Почему бы и нет? Я слишком хорошо тебя знаю, — дымчатый слепок чернокнижника завис в воздухе. — Ты всегда наблюдаешь за ними - смотришь на души, которые обрекаешь на смерть. Я, конечно, знал что ты любишь театральность, но сегодня ты бьёшь все рекорды.
Этот мир мне нужен, Царнах. Нужен всем нам.
Не понимаю?
Я устал уже от этих видений. Каждый раз, когда я закрываю глаза я вижу одно и то же. И при этом я слабею. Чувствую, как однажды поднимусь из летаркапсулы... таким как сейчас. Бесплотным, бесполезным привидением. — Эрих провёл призрачной рукой по палубе, металл просвечивал сквозь неё как сквозь пар. — Это нужно исправить. Иначе я сдохну и всё пойдёт ко всем чертям.
Терпеть не могу, когда ты впадаешь в это состояние, — в голосе Царнаха послышалась злоба. — Неужели ты решил сдаться?
Никогда, — парировал Эрих. — Но я трезво оцениваю ситуацию. Если я уйду на покой, то вы лишитесь командира, а если вы лишитесь командира, то будущее нашей Когорты будет прескверным. Ты не хуже меня знаешь, что мы все связаны одной цепью.
Да, — мрачно отозвался колдун. — И всё же это не ответ.
Ответа нет и быть не может, — ещё более мрачно заметил Эрих. — К тому же я дал Эзекилю обещание, мне будет очень неудобно его нарушить. Кхм, учти, брат, ты этого не слышал.
Нем, как эта пустота, — дымчатый слепок Царна изобразил что-то, отдалённо похожее на пожимание плечами. — Кроме того... Погоди... нас кто-то зовёт.
Это Венштер, — усмехнулся Эрих, устремляясь обратно в собственное тело.

***

Возвращение в физическую оболочку было привычно странным - ничего не чувствовать первые несколько секунд было не самым приятным ощущением. Затем пришли слух, обоняние, осязание... Лорд открыл глаза и с трудом сфокусировался на капитане цур-зее - Венштер был явно чем-то раздосадован:
— Прекрасно, сир, вы очнулись. Противник так и не вышел на связь, следовательно нам следует открыть огонь. Даёте ли вы своё разрешение?
Эрих промолчал - перед его глазами снова стояло сияющее тысячами огоньков изображение орбитального форта...
— И ты меня об этом спрашиваешь? — издевательски усмехнулся лорд Хаоса, — Думаешь, что я вдруг скажу «сворачиваем операцию и уходим»? Разумеется, нет. Стереть с лица галактики эти корыта трупопоклонников.

Борт линкора «Maledictis Furorem»


Спустя ровно три секунды, с момента как с уст Эриха сорвался этот смертный приговор, линкор вступил в бой. Командиры артиллерийских расчётов проорали приказы и лэнс-излучатели правого борта открыли огонь, перечеркнув космос сияющими лучами. Их целью был монитор «Scutum», которому не повезло оказаться в прицелах дальнобойных энергетических орудий Хаоса...
Монитор «Scutum» был древним и крепким кораблём. Обделённый скоростью, он по качеству защиты и мощи вооружения мог сравниться с крейсером. Командовал кораблём капитан Алан Макфлоу, отпрыск древнего рода, ведущего свою родословную от первых поселенцев на мире-церкви. Он верил, что бой будет достаточно славным, чтобы даже в случае гибели его запомнили как героя. Однако всё оказалось совершенно не так, как надеялись и верили все люди экипажа монитора - не было никакого боя, никакого испытания духа и стойкости. Корабль не успел даже выстрелить по противнику или приготовиться к своей гибели - всё было быстро, безжалостно и бесславно. Для ксанских комендоров этот корабль двигался медленно и представлял собой первоклассную мишень и на «Scutum» даже не успели завыть предупредительные сирены, как всё было кончено - семь пылающих копий, протянувшихся между двумя звездолётами, без помех сорвали с монитора пустотные щиты и прошили корабль насквозь. Один из лучей прошёл сквозь реакторный отсек, мгновенно испарив сотни служителей и разрубив пополам плазменное ядро. Спустя две секунды после этого, монитор перестал существовать - мощнейший взрыв плазменного реактора полыхнул на половину неба, на секунду зажёгшись ещё одной ярчайшей звездой на ночном небосклоне Раны. Спасённых не было и не могло быть - от момента залпа орудий линкора до гибели трёхкилометрового корабля со всем экипажем прошло не более трёх секунд. Останки монитора разлетелись во все стороны, устремившись частью в сторону атмосферы Раны Терциус, а частью в открытый космос - некоторые обломки влетели в пустотные щиты орбитального форта, осветив их десятками всполохов...
В то же самое время как погиб «Scutum» дорсальные лэнс-батареи линкора Хаоса дали полный залп по фрегату класса «Меч» «Initial», шедший на соединение со своим ордером. Относительно небольшое, по меркам боевых кораблей, километровое судёнышко отчаянно шло под форсированными двигателями, надеясь избежать пристального взгляда. Ради скорости фрегат выжал из своих двигателей всю возможную мощность. Но на сканерах «Maledictis Furorem» инверсионная струя фрегата и излучение его реактора сияли как комета. Артиллеристы линкора не удержались...

Энергии на крохотный, по меркам боевого флота, эскортник ксанские комендоры не пожалели. Линкор Хаоса высвободил в него полную мощь дорсальных лэнс-излучателей, разом пальнув лучевыми орудиями из всех шести башен. Фрегат в одну секунду поразили пять, их мощи хватило бы, чтобы сорвать щиты с тяжёлого крейсера, но для маленького звездолёта это была безальтернативная гибель. Спустя мгновение с момента попадания первого луча в район капитанской рубки над Раной полыхнула сияющая вспышка взрыва плазменного реактора - путь совсем недавно спущенного со стапелей Бакки фрегата закончился в первом же бою...

Орбитальная станция «Diadema»


Капитан Герберт Бриен вцепился в поручни капитанского возвышения и заскрежетал зубами, когда пустотные щиты орбитальной станции осветились вспышками влетевших в них обломков. Эскадра системной обороны Раны в первые же секунды боя потеряла два корабля, при этом оба они даже не успели произвести даже одного единственного выстрела по врагу. Не было никакого боя, никакой отваги перед лицом залпов предателей и нерушимой веры, которыми всегда гордился Имперский Боевой Флот - то, что наблюдал на сканерах и в окулюсе станции капитан Бриен больше напоминало не схватку, но казнь. Как быстрый, точный и абсолютно безжалостный удар мечом палача, в брызгах крови обрывающий чужую жизнь - так и залп линкора Хаоса в слепящих облаках плазменных взрывов реакторов уничтожил два звездолёта и за несколько секунд отправил в небытие почти пятьдесят тысяч верных Богу-Императору душ. У Герберта противно засосало в боку - громадный чёрный меч вражеского корабля, почти незримый на фоне бесконечной пустоты, уверенно надвигался на него, совершенно не сбавив темп...
Офицеры мостика бросали встревоженные взгляды на окулюс, который сейчас заполняла длинная и острая носовая оконечность линкора. Нахмурившись, капитан убрал изображение, сфокусировавшись лишь на общей картине вражеской эскадры. Приосанившись, он заговорил - громко и отчётливо:
— Геройски павших мы помянем после боя, их долг перед Богом-Императором исполнен! А сейчас за работу, господа - враг силён и коварен, так что битва будет тяжёлой. Но не безнадёжной, оставьте свои недостойные мысли! Что есть наш щит, святой отец?! — воскликнул Герберт, полуобернувшись к корабельному священнику.
— Презрение к врагу есть наш щит! — незамедлительно отозвался духовник.
— Слышали?! — рявкнул капитан, обращаясь к экипажу мостика. — Следите за этой нечистью и когда она приблизится - всадите в неё всё, что только возможно! Батареи лэнс-излучателей! На вас лежит обязанность сорвать с них пустотные щиты, дабы наши снаряды поразили предателей. Если мы не сможем одержать победу, то мы, по крайней мере, не зря сложим головы и отправим в Варп души стольких выродков, сколько получится.
Капитан прошёлся по мостику, бросая взгляды на гололит:
— Эскадрон «Верные», переместитесь на левый фланг, я хочу чтобы вы бросились в атаку на корабль противника с носовой арки. Эскадрону «Воздаятели» - ждать и по моей команде поддержать атаку «Верных». Мониторам «Nomus», «Lumen» и «Procella» - выдвинуться на позиции перед станцией. Передайте на «Dienesis Gladium», пусть держатся позади станции и готовят торпеды. Свяжитесь со «Sanctus Ilani», я хочу чтобы они не лезли на рожон - их торпеды тоже нам пригодятся.
— Сэр, наши фрегаты попадут под торпедный залп, если зайдут с носа, — обеспокоено заметил Дис.
— Носовое вооружение врага уступает в мощи бортовому, лейтенант. А наши фрегаты хотя-бы получат возможность атаковать хребтовые батареи этих ублюдков. К тому же, предатели первым делом попытаются атаковать станцию и тратить заряды лэнс-орудий на фрегаты не станут. А сейчас займитесь делом.


Текущее ФРПГ: Тьма над Раной...
Обсуждение ФРПГ
 
Gross_DarknessДата: Понедельник, 02 Янв 2017, 23:44:51 | Сообщение # 170
Генералиссимус

Не имеется
Сообщений: 3930
Репутация: 439
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Имя: Ян
Пол: Мужчина
Пользователь №: 5003
Регистрация: 07 Апр 2013
Группа: Создатели
Страна: Российская Федерация
Город: Москва


Борт линкора «Maledictis Furorem»


Любое сражение боевых кораблей Империума и Хаоса - это одно из самых страшных и ожесточённых столкновений, какие только можно наблюдать в кошмарные годы Тёмного Тысячелетия. В этих ужасающих по своему накалу яростных схватках нет место пощаде или отступлению - обе стороны питают свой гнев истинной, тщательно взращённой ненавистью друг к другу. Какой торпедист имперского крейсера не заходится ликующим криком, отметив точное попадание «сигары» в корпус предательского корабля, вырывающей оттуда фонтан пламени и обломков, вперемешку с разорванными телами гнусных еретиков? Какой комендор линкора Хаоса не торжествует, прошибая обшивку звездолёта ублюдочных трупопоклонников и отправляя на корм демонам Варпа не одну тысячу людских душ? Обе стороны ненавидят друг-друга до дрожи, до черноты в глазах, до зубовного скрежета. И эта искренняя ненависть - вечна. Пока стоит Империум и Око Ужаса, пока Абаддон Разоритель ведёт свои армии и пока сияет Астрономикон.

Даже с учётом того, что военные корабли флота Хаоса были когда-то имперскими и строились по имперским же чертежам - они сильно отличаются от своих нынешних «коллег». Это прежде всего характеризуется отсутствием тяжелого бронирования носовой оконечности, превращаемой имперцами в массивный таран. На почти всех кораблях Хаоса характерно полное отсутствие торпедного вооружения и мощных орудий «Нова», которые не предусмотрены конструкцией корабля, ибо были изобретены гораздо позднее Мятежа Гора. По мнению некоторых имперских командующих, корабли военных флотов Хаоса не заслуживают даже упоминания - в кругах офицеров Боевого Флота о них принято отзываться в уничижительном контексте, подчёркивая их устарелость, «слабость вооружения» и духовное развращение команды. Однако среди имперских флотоводцев есть старые и опытные адмиралы, которые не раз сталкивались в ожесточённых боях с космическими силами Хаоса и они отлично знают, что считать корабли Хаоса «жалкими слабаками» будет либо неопытный капитан, либо фанатик...

Шрамы, бионические протезы и угрюмые лица этих офицеров скрывают проклятое знание, отравляющее душу, но учащее слишком многому. Почти все они - выжившие в одних из самых страшных сражениях, видевшие кровь и ужас, слышавшие в вокс-сети крики паники и хриплое шипение вражеских постановщиков помех.

Страшной стороной кораблей Хаоса является то, что они заметно превосходят имперские в грубой огневой мощи. Борта и носы кораблей Хаоса ощетинены длинноствольными пушками и батареями лэнс-излучателей словно гигантский злобный дикобраз отравленными иглами. Звездолёты хаоситов или строились на заре основания Империума, когда ещё не были безвозвратно потеряны многие высокие технологии, или были построены в пространстве Великого Ока с применением давно утерянных Империумом чертежей и лекал. Некоторые корабли строятся с использованием артефактов даже ксеносовского происхождения, делая корабли хаоситов по своему уникальными и практически непредсказуемыми для логисов Имперского Боевого Флота. В сочетании с более высокой скоростью, происходящей из особенностей образцов древних технологий двигателей и многочисленных нововведений Тёмных Механикус, это делает эскадры военных кораблей Хаоса грозным и непредсказуемым противником.

Имперские адмиралы основным тактическим ходом считают грубый прямолинейный удар в сердце вражеского ордера сначала массированным залпом торпед, а затем сокрушающую таранную атаку с ведением орудийного огня на короткой дистанции. Однако флотоводцы Ока в большинстве своём предпочитают линейный бой кильватерными колоннами, стремясь атаковать имперские корабли опустошительными залпами своих дальнобойных бортовых орудий и смертоносных лэнс-излучателей. Пользуясь своим превосходством в скорости они способны кружить вокруг противника, не подставляясь под ответный огонь с таранными ударами и безжалостно расстреливать вражеских корабли с уязвимых направлений. Имперские адмиралы считают подобную тактику лордов Ока трусостью, однако только самый фанатичный командующий не способен понять, что она в высшей степени эффективна. Многие имперские корабли, попавшие под сфокусированный огонь звездолётов Хаоса, очень быстро превращались в пылающие обломки, не выдерживая смертоносных попаданий сияющих копий лэнс-излучателей и ливня энергетических сгустков орудийных батарей.

Однако у некоторых кораблей Хаоса помимо устрашающих энергетических орудий и скорости некоторые палубы были специально переоборудованы под запуск штурмовой авиации. Там, в темноте глубоких ангарных палуб своего часа терпеливо ждали ударные космические самолёты - истребители и бомбардировщики. Это было одно из самых смертоносных орудий во флотах Империума и сил Хаоса - относительно небольшие самолёты вырывались из ангаров подобно исторгнутому из улья рою, жаждущему наброситься на обречённую добычу. Одна эскадрилья бомбардировщиков могла влёгкую уничтожить фрегат, две могли представлять серьёзную угрозу крейсеру, но четыре и более, составляющие ужасающую стаю из сотни машин, заставляли бледнеть даже капитанов на мостиках линкоров.

Флотоводцы Хаоса особенно ценили корабли, способные запускать множество таких летательных аппаратов - крейсера класса «Разрушение» и тяжёлые крейсеры класса «Стикс» при условии командования ими опытными командующими быстро становились проклятием для имперских флотоводцев, а кровожадные экипажи самолётов - пилотов. Высочайшую ценность представляли собой грозные линкоры класса «Разоритель» и некоторые гибридные образцы, чьи корпуса бороздили пустоту космоса ещё в те времена, когда Империум Человека был молод и силён.

Линкор «Maledictis Furorem» относился именно к таким кораблям и был способен за раз исторгнуть из себя восемь полнокровных атакующих эшелонов. Целых двести ударных самолётов находились в пятиминутной готовности к запуску. На корабле была традиция - занимать места в своих машинах ещё до того, как корабль покинет пределы Имматериума - горький опыт многих командующих, попадавших в ловушку прямо на точке выхода, был учтён лордом Эрихом.

Поэтому когда завыли сирены, Вьёнке Штазлунг, командир 3-го ударного эшелона, уже находился в своей стальной птице, проводя вот уже третью с момента выхода из Варпа проверку всех систем. Он расположился в своём обитом синтетической кожей троне и невесело усмехнулся, оглядывая внутреннее пространство кокпита бомбардировщика.
Все ксанские пилоты, как космических групп, так и эшелонов Пепельных Призраков отличались поистине болезненной худобой и полной неспособностью выжить самостоятельно и без поддержки слуг. Плата за ментальное слияние со своим самолётом, плата за мастерство, плата за вечную жизнь, полную неистовых космических схваток - за всё приходилось платить сначала телом, затем душой. Это было довольно жалкое зрелище, когда Вьёнке, уже облачённый в полётный доспех, неуклюже ковылял по палубе, опираясь на резной костыль. Ангарные слуги помогли ему взойти по трапу бомбардировщика - без их поддержки Вьёнке не одолел бы и первой ступени, а без антигравитационного пояса он уже давно бы сломал себе все кости, ставшие критически хрупкими. Временами, вытягивая правую руку перед собой, он вымученно посмеивался, глядя на свои обтянутые кожей кости и короткие, острые когти. Посеревшая кожа, начисто лишённая волосяного покрова, просвечивающие сквозь кожу чёрные кости и светящиеся синим светом глаза - вот что теперь представлял собой Вьёнке, живой мертвец, восседающий на противоперегрузочном троне бомбардировщика «Повелитель Огня». Проклятие, поражавшее ксанцев, поразительно походило на то, какое нёс на себе их повелитель и Вьёнке не раз задумывался о причине подобного состояния...
— Всем пилотам - полная боевая готовность! — прошипел изменённый вокс-кастер голосом ангарного коменданта.
— Можно подумать, что мы не готовы, — недовольно процедил Вьёнке, укладывая скелетообразные кисти рук на подлокотники трона и откидываясь на спинку. Биомеханические разъёмы на спине пилота соединились с пучками проводов и намертво зафиксировали Вьёнке. Внутри трона заработали адреналиновые регуляторы и стимуляторы кардио-системы, выравнивая дыхание и замедляя сердечный ритм. Волна спокойствия захлестнула обычно раздражительного пилота и тот прикрыл глаза, позволяя встроенным в подголовник мнемопластинам соединить его разум с системами трёхсот тонного бомбардировщика.
На задворках сознания пилота послышался тихий, совершенно нечеловеческий голос:
— Давно пора. Готовься к бою, пилот - сегодня мы будем жечь небо и души наших врагов.
— И я тоже тебя приветствую, Хелаш'Нгахт'Шагар, — устало отозвался Вьёнке, полуоборачиваясь назад. Стены кокпита, усеянные сапфировыми сферами, переливались огненными сполохами, а из высокой, покрытой светящимися рунами колонны позади трона показалось удивительное лицо Ужаса. Пять невозможно пронзительных глаз уставились на Вьёнке, моргнули и лицо снова втянулось в колонну. Пилот мысленно отметил, что в прошлый раз глаз было двенадцать.
— Тринадцать, — со смешком отозвался демон. Штазлунг не стал спорить - Ужас имел полное право развлекаться за чужой счёт. Что он и делал, постоянно перемещаясь по бомбардировщику и имея привычку проявляться даже на обзорном экране. Однако было очевидно, что Ужасу пилот нравился - в положительном смысле этого слова. Впрочем, иначе и быть не могло - ритуал связывания пилота и демонического самолёта требовал идеальной ментальной совместимости. Тем более с демоном такого уровня, как Хелаш'Нгахт'Шагар - герольдом самого Бога Перемен. Немало смертных колдунов погибло в поисках формулы и ещё больше при призыве нужных демонов, поэтому вот уже тысячелетие призыв и договора с демонами были прерогативой исключительно Агникхардаров.
— Ты ведь знаешь, кто наша цель, — заметил Штазлунг. Это был не вопрос - Ужас в деталях рассказал ему подробности одного из наиболее вероятных течений предстоящего боя ещё до того, как линкор покинул Имматериум.
— Ничтожества, прячущие свой скудный разум за стеной из невежества, возносящие молитвы своему умершему божку и верящие в его защиту ждут нас на свою казнь, — заливистый хохот демона мог бы оглушить пилота, если бы не существовал только лишь в его разуме. — Разломай скорлупу этого железного яйца, чтобы сегодня я устроил пир.
— Будет сделано, — ухмыльнулся Вьёнке, — Услуга за услугу, верно?
— Справедливо, тусклодуший, справедливо. Приготовься - сейчас мы полетим.
— Слушаюсь, командир, — кивнул Вьёнке, начиная предстартовую проверку.
— Основные системы - функционируют, — безжизненный голос тёмного когитатора прорезал тишину кабины пилота. — Двигатели с первого по шестой - активированы. Бортовое вооружение - распознано.
— Запуск катапульт через десять секунд! — возвестил комендант. — Даю обратный отсчёт!
Вьёнке покосился на экранную панель, где были высвечены обозначения остальных двадцати четырёх машин ударного эшелона. Чуть ниже горела руна их цели - «Luceant», фрегат класса «Меч».
— Двигатели на малую мощность, приготовиться резко форсировать, — приказал Вьёнке, отправляя данные когитатору.
Вьёнке ощутил едва заметную вибрацию корпуса «Повелителя Огня» и едва слышимый вой набирающей мощность катапульты. Через пару секунд бомбардировщик уже заметно трясся. На обзорном экране засветилась цифра «5», сменившаяся на «4», но между ними, как показалось Вьёнке, прошла целая вечность. Затем она сменилась на «3», затем на «2», потом на «1» и пилот инстинктивно вцепился в подлокотники трона. Спустя секунду бомбардировщик с дьявольской скоростью швырнуло вперёд и Вьёнке с силой вжало в спинку кресла - если бы не противоперегрузочное поле, окружающее трон, его кости и внутренние органы превратились бы в паштет. Чуть позади, на своих катапультах, стартовали остальные бомбардировщики 3-го ударного эшелона - в общей сети послышались ликующие крики и похожий на клекот хохот.
«Повелитель Огня» покинул ангар в вихре синего пламени, оглушительно воя всеми шестью двигателями. Едва самолёт слетел с катапульты и покинул палубу родного гнезда, как чувства пилота захлестнул восторг, а в ушах послышался ликующий визг. Вьёнке не мог быть уверенным, что это не вопил сам бомбардировщик, получивший возможность вновь встать на крыло и заняться любимым делом - убийством. Пилот уже давно знал, что является единственным смертным членом экипажа этого дьявольского самолёта - и только руны ограждения и подавления воли сдерживали неразумных Огнёвиков, составляющих основу экипажа «Повелителя Огня», от попытки полакомиться сначала его телом, а затем и душой, которая, вне всяких сомнений, оказалась бы более чем успешной. И пилот подозревал, что Хелаш'Нгахт'Шагар даже не пошевелится, чтобы защитить своего «напарника» - максимум сам не присоединится к пиршеству...
— Дурные мысли, тусклодуший, — прошипел в его сознании голос демона. — Ты для меня неинтересен, глупый мясной мешок.
Вьёнке громко и от души выматерился, обильно разбавляя лающую брань на ксанском гортанно-шипящим языком демонов и Ужас премерзко расхихикался, обильно поглощая эмоциональный психофон пилота.
«Повелитель Огня» с колоссальной скоростью нёсся сквозь пустоту - вычурные крылья, украшенные переливчатым оперением, ярко блестели от отсветов рвущегося из шести двигателей синего пламени. Бросив взгляд на экран кругового обзора, Штазлунг увидел чернеющий корпус линкора, становящийся всё меньше с каждой секундой, пока бомбардировщик нёсся к цели - монструозные башни бортовых лэнс-орудий корабля медленно поворачивались, наводя жерла пятисот метровых пушек на орбитальный форт...
Обзор заслонили оставшиеся двадцать четыре бомбардировщика 3-го ударного эшелона. Выстроившись полумесяцем, они начали нагонять самолёт командира. На экране зажглись предупредительные руны - эшелон проверял связь друг с другом и докладывал о полной исправности бортовых систем каждой машины.
— Так, господа, внимание! — прошипел Вьёнке, открывая связь с эшелоном. — Нас по возвращении ожидает знатный ужин, так что действуем быстро, пока не остыло. И будьте осторожны - сегодня чтобы никаких потерь, не заставляйте Механомантов злиться. Ясно?
С каждого самолёта пришли подтверждения, сбавленные едва сдерживаемыми усмешками.
— Дистанция до цели - 90135 километров! — заорал Штазлунг, выжимая из двигателей максимальную тягу. — 3-й ударный эшелон - в атаку!

Космическое пространство вокруг мира-церкви Рана Терциус. Эскадрон «Верные».


В общей сложности ангары линкора покинули двести бомбардировщиков, разбитые на восемь ударных эшелонов. Рой сначала сбился в плотный ком, а затем рассеялся по разным направлениям и с ошеломляющей скоростью понёсся к имперской эскадре.
Атаку на защитный флот системы спланировали заранее, потому каждый командир эшелона и каждый пилот знали свои задачи. В целях нанесения максимального ущерба каждый эшелон должен был атаковать свою цель - корабли эскадрона «Верные». По одному эшелону на каждый фрегат - против натиска двадцати пяти бомбардировщиков у почти любого малого корабля в галактике было очень мало шансов.

«Luceat», фрегат класса «Меч», двигался вторым в ордере эскадры «Верные», выжимая полную мощность из своих двигателей. Скорость была главным оружием атакующих фрегатов, а обслуга орудийных расчётов готовилась открыть огонь. Одиночные фрегаты были почти не опасны для вражеских кораблей даже крейсерского класса, а уж линейного и подавно, поэтому их, за исключением случаев охранения капитальных судов, часто соединяли в ударные группы. Юркие, маневренные суда были способны быстро приблизиться к противнику и атаковать его с предельно короткой дистанции, с которой совокупный залп орудий фрегатов мог сорвать щиты и даже нанести серьёзные повреждения.

Подобная тактика часто применялась флотами Империума и сил Хаоса. Из-за достаточно высоких потерь таких флотилий назначение на хрупкий эсминец, который вполне мог быть уничтожен всего одним залпом орудий крейсера, многими офицерами Имперского Боевого Флота воспринималось как понижение и в буквальном смысле отправка на тот свет. На такие корабли не набирали обученных матросов - львиную долю экипажей имперских фрегатов всегда составляли осуждённые преступники, набранные с тюремных миров. Многим из них прививался фанатизм и комплекс искупления вины перед Богом-Императором, хотя некоторые, особенно упрямые индивидумы, могли похвастаться ошейником. С, разумеется, закреплённым на нём небольшим подрывным зарядом...

Мичман Уно Мадэул стоял на своём боевом посту, обозревая батарейную палубу фрегата. Возле массивных орудий в напряжённом ожидании замерли прильнувшие к дальномерам наводчики и прикованные цепями к орудию заряжающие, готовые кормить пасти громадных орудийных казёнников тяжёлыми снарядами. Мичман знал, что каждый матрос и офицер на борту уже давно находился на своем посту, прекрасно осознавая, что малейшая небрежность в исполнении долга перед Богом-Императором может привести к катастрофе. Однако никто не предполагал, что грядет час решающей схватки.

Мадэул услышал, как стоящий на возвышении командир батареи, Джарек Адэо говорил с кем-то с мостика по внутренней связи. Некоторое время он молча слушал ответ, под конец которого он резко помрачнел и, спустившись вниз, бесцеремонно достал палочку лхо и, в нарушение всех возможных норм, закурил. Его бледные пальцы мелко дрожали.
— Сэр? — осторожно осведомился Мадэул.
— Всё в порядке, мичман, — командир с явно огромным трудом нашёл в себе силы вымученно ухмыльнуться. Это выглядело настолько страшно, что мичман едва не отпрянул. — Всё в порядке...
— В системе идёт бой, сэр?
— Да. И мы атакуем.
Сердце Мадэула забилось быстрее.
— Кого?
Видно было, что командир не хотел отвечать. Покосившись на мичмана, тот глубоко затянулся. Он жадно скуривал лхо, да так, словно делал это последний раз в жизни. Наконец окурок полетел на палубу, а старый артиллерист повернулся к мичману.
— Что ж, будем начистоту - мы атакуем вражеский линейный корабль. Архив не даёт никакой информации и не может идентифицировать корабль. Узнаются некоторые конструктивные особенности класса «Опустошитель», но, по видимому, это или основательнейшая модернизация корабля, или это линкор специальной постройки. Так мне сказали по внутренней связи. Эскадрон зайдёт с носа, наша батарея обстреляет его хребтовую часть. В идеале - мы сорвём с него щиты и хотя-бы нанесём какие-нибудь повреждения корпусу. Но я вижу - это чистое самоубийство. Молись Императору, Уно - на него только и остаётся надеяться...

Эскадрон на полной скорости нёсся к своей цели, готовя к бою всё, что только было. Судя по обрывкам разговоров старших офицеров их должны были поддержать фрегаты эскадрона «Воздаятелей», двигавшиеся прямо позади и Мадэул успокоился - огневой мощи пусть даже линкора на все двенадцать фрегатов не хватит, а уж с короткой дистанции пушки обоих эскадронов его просто разорвут. Мичман в красках представлял себе сие действо, когда послышался рёв предупредительной системы корабля:
— Тревога! Вражеская авиация! Атакует!
— Батарея! — заорал Джарек, выводя показатели сканеров на экран артиллерийского корректировщика. — Заградительный огонь!

Уно бросился к обзорному экрану и ошеломлённо замер - к эсминцу на полной скорости неслись яркие кометы, пылающие противоестественно-синим пламенем. Бомбардировщики противника шли в рассеянном строю, постоянно бросаясь из стороны в сторону. Их изображения на экране рябили - было ясно, что противник использовал какие-то постановщики помех, мешающие орудийным системам захватить цель - нечто подобное порой встречалось и на имперском флоте. В сторону атакующих эскадрилий рванулись лучи зенитных лазеров, однако точки не пропали с экранов - напротив, они замигали и разом превратились в несколько - враг явно начал отстрел ложных целей. Мадэул в ужасе задержал дыхание - зенитный огонь не мог их остановить и теперь вражеские пилоты наверняка готовились начать атаку...

— Приготовиться к удару! — в общей сети послышался рёв капитана фрегата. — Задраить аварийные переборки, немедленно! Всем постам, приготовиться к удару!

Приказ капитана и вой предупредительных сирен, вкупе с резко потухшим светом заставил Уно спешно вцепиться в выдвинувшиеся из палубы толстые скобы. Вражеские самолёты были уже в около десяти километрах и последним, что мичман успел заметить, были отделяющиеся от приближающихся бомбардировщиков пылающие, похожие на плазменные, шары. Они летели небыстро, он успевал их разглядеть, но уклониться от атаки у фрегата возможности не было. Сноп бомб врезался в центральную часть фрегата, пройдясь ураганом по хребтовой надстройке...

Мощный удар отшвырнул мичмана в сторону, когда пылающий шар плазмы взорвался у борта - ударная волна смела в сторону орудия с 6-го по 4-е и проломила броневую обшивку. Завыли сирены, предупреждающие о нарушении целостности корпуса, однако атмосферные щиты остались неповреждёнными, в результате декомпрессии не произошло и находившихся в гигантском коридоре батарейной палубе не вытянуло в космос.

Все члены экипажа, находившиеся в момент попадания плазменной бомбы на батарейной палубе были выведены из строя. Повсюду валялись неподвижные тела убитых и стонущие, изломанные раненные. Кто-то истошно кричал, напоровшись животом на вывернутые из палубы решётки настила. Джарек лежал на командном возвышении и конвульсивно дёргался - ударная волна вдребезги разнесла резное ограждение и теперь из спины старого офицера торчал обломок навершия леера. Бледные пальцы судорожно цеплялись за поверхность стола, а сквозь стиснутые зубы бежала струйка крови - командир был уже не жилец.

До Уно не сразу дошло, что внутренняя сеть, по которой постоянно передавались команды с мостика как-то странно затихла. Кроме криков покалеченных и глухого скрежета переборок, за которыми бушевал пожар, не было слышно решительно ничего. Судя по всему фрегат с первым же ударом лишился командирского мостика, щитов и управления, превратившись в разбитый и дрейфующий корпус.

С трудом поднявшись на ноги, Мадэул подошёл к полуразбитому обзорному экрану. Лазерные лучи зенитных орудий фрегатов ордера сплетали в пустоте невероятную паутину, между вспыхивающими нитями носились синие кометы вражеских самолётов. Идущий справа от «Luceant» фрегат, скорее всего «Harpia», взорвался в ослепительной вспышке реактора, когда бомбы пробили корпус и, почти наверняка, поразили машинный зал. Откуда-то сверху медленно дрейфовали обломки третьего фрегата, мичман узнал обломок носовой оконечности - видимо вражеские бомбардировщики вывели из строя уже половину эскадрона...

Оставаться на трясущемся и готовом вот вот развалиться или взорваться фрегате было небезопасно. И хотя приказа покинуть корабль так и не прозвучало, Уно понял, что нужно срочно пробираться к спасательным капсулам. Если их ещё не заняли другие офицеры. Не теряя времени, мичман со всей возможной скоростью бросился к выходу с батарейной палубы, направляясь к носовому спасательному блоку.

Пробираться через разбитый корабль было нелегко - повсюду царили страшные разрушения. То и дело попадались сорванные переборки, из палубы торчали целые секции кабелей, кое где в воздухе летали гравитационные панели, вырванные из своих креплений под решётчатым настилом. Почти на каждом шагу попадались изломанные тела членов экипажа - большая часть была уже мертва, но многим такое избавление ещё только предстояло. Кто-то молил офицера о Милосердии Императора - лазерный пистолет мичмана обрывал жизни этих несчастных.

Спустя десять минут непрерывного бега через разрушающийся корабль, Уно добрался до носовой части. Взойдя на чудом уцелевшую хребтовую наблюдательную площадку, мичман оглядел пространство вокруг фрегата. Это была кошмарная картина - эскадрон «Верные» перестал существовать. Вокруг фрегата вращались оставшиеся эскортники, по большей части превращённые в развалины. Судя по всему «Luceant» был единственным фрегатом, пострадавшим менее всего - от «Magnatus», лидера эскадрона, остался лишь кусок носовой оконечности, а от взорвавшейся «Harpia» не осталось даже обломков. Было страшно взирать на все те опустошения, которые причинили эскадрону волны вражеских бомбардировщиков, всё ещё продолжавшие метаться вокруг дрейфующих обломков. Время от времени там что-то вспыхивало и у мичмана перехватило дыхание - похоже что самолёты Архиврага охотились за спасательными капсулами...

Когда корабль начал разваливаться, Мадэул находился в носовой оконечности фрегата - самой крепкой его части. Мичман едва успел добраться до эвакуационного отсека, где ровными рядами из торчали броневые заслонки люков спасательных челноков. Запрыгнуть внутрь и шарахнуть кулаком по руне запуска было делом одной минуты. Капсула с рёвом помчалась в сторону Раны и последним, что увидел Уно, стал рассыпающийся, сотрясаемый множеством внутренних взрывов, «Luceant». Оглядевшись по обзорной панели, Мадэул был ошарашен отсутствием прочих капсул - ему в голову пришла мысль, что все они были перехвачены врагом.

Мичман не знал, что не было никаких других стартовавших спасательных капсул. Ни с его корабля, ни с какого либо другого фрегата эскадрона «Верные». Многие офицеры и матросы других фрегатов использовали пустотные скафандры, успев надеть их до боя, но всех их ждала злая судьба - будучи выброшенными в открытый космос они были обречены на долгую и мучительную смерть в отчаянии, без надежды добраться до висящего на орбите Раны орбитального форта. Почти все предпринимали безнадёжные попытки долететь до него, но не добрался ни один...

На хвост стремительно несущейся к планете спасательной капсулы сел вражеский самолёт, похожий на некую жуткую птицу, и мичман в ужасе схватил рычаги управления, собираясь начать маневр уклонения - он буквально кожей чувствовал, как пальцы пилота Архиврага легли на спусковые руны, готовые в любое мгновение испепелить спасательную капсулу. Бомбардировщик, участвовавший в уничтожении его фрегата, приблизился на дистанцию буквально сотни метров, при сильном приближении окуляров мичман сумел даже разглядеть лицо пилота....

Вьёнке скорректировал курс бомбардировщика и вывел его на параллельный курсу спасательной капсулы. Мыслеимпульсом подав команду увеличить скорость он без труда нагнал относительно тихоходный челнок. Расстояние до цели сократилось до жалкой сотни метров, залп носовых лазерных пушек мог бы уверенно поразить цель. Целеуказатель уже давно захватил мишень и теперь держал капсулу в перекрестье прицела, а звон предупредительной система непрерывно шипел в разуме пилота всего два роковых слова: Цель захвачена... Цель захвачена... Цель захвачена...

Однако Штазлунг медлил. Конечно, он держал руки на сферах управления огнём, но иссохшие пальцы пока не давили податливую металлоплоть. Командир бомбардировщика Хаоса с любопытством взирал на это зрелище - летящая между обломков спасательная капсула, абсолютно беззащитная перед залпом его лучевых пушек, отчаянно пыталась уйти из зоны смерти. В командной башенке, за толстым бронестеклом, судорожно дёргался управлявший капсулой человек. Через окулюс бомбардировщика Вьёнке мог разглядеть даже его лицо, искажённое паникой...

Многие пилоты ксанских авиагрупп, особенно пилоты истребителей, после уничтожения вражеских кораблей имели традицию охоты за спасательными капсулами и даже за отдельными людьми, выброшенными в космос в пустотных скафандрах. Будучи подверженными различным суевериям, относительно спасшихся с кораблей членов экипажа, они каждый раз стремились уничтожить как можно больше спасающихся людей, безжалостно расстреливая спасательные челноки - обычно истребители прикрытия ударных эшелонов брались за эту грязную работу сразу после удачной атаки бомбардировщиков. Зачистка, впрочем, имела под собой вполне реальные основания - среди ксанских пилотов ходила неподтверждённая байка о том, что будущий адмирал Куоррен в своё время избежал смерти лишь благодаря тому, что его спасательный челнок не был своевременно перехвачен. И хотя подтверждений этому не было, пустотные воины Ксаны с каким-то остервенением охотились за спасающимися с гибнущих кораблей людьми, скармливая их души демонам своих одержимых самолётов.

Однако Вьёнке медлил. Зрелище паникующего человечка, лихорадочно меняющего курс челнока, было весьма забавным. Неуклюжая капсула не имела никакой возможности уйти от «Повелителя Огня» и пилот отвлечённо размышлял - стоит ли расстрелять её сейчас, или может ещё немного поиграть в «кошки-мышки»? Он мог себе это позволить - не нуждавшийся в топливе бомбардировщик мог пересечь хоть пол-галактики, но пилот ценил своё время больше жизней пусть даже таких везунчиков.

В голову пилота закралась непрошеная мысль - а что если Архитектор Судеб распорядился жизнью этого человека? Возвышенный Ужас как-то странно молчал с того самого момента, как бомбардировщик сел на хвост спасательной капсулы и молчание обычно тараторящего без умолку демона нервировало Вьёнке.

— Хелаш'Нгахт'Шагар, — позвал пилот.
— Да? — отозвался вынырнувший прямо из приборной панели демон, разевая свою тройную пасть. Вьёнке машинально подсчитал количество глаз. Пятнадцать.
— Расстрелять его?
— Сам решай, — заговорщицки оскалился Ужас, вновь исчезнув без следа и оставив Штазлунга размышлять. Впрочем, колебался пилот недолго.

Бережённых - Ткач бережёт. Насмешливо отсалютовав, Вьёнке развернул бомбардировщик и, задействовав всю мощь его шести эктоплазменных двигателей, стремительно вывел его из погони. Непрерывно ускоряясь, он направил свой «Повелитель Огня» в сторону маячившего на дисплее отображения огромного линкора. Хищная птица возвращалась на свой насест.
Времени всё равно было предостаточно - эта новая битва за очередную имперскую планету только начиналась. И 3-му ударному эшелону ещё предстояло участвовать в гораздо более приятных делах - налётах на имперские города, там, на поверхности планеты. Настанет новый тсарх, а с ним под крыльями «Повелителя Огня» вновь вспыхнет пламя...

Наблюдая за удаляющимся самолётом Архиврага мичман вознёс благодарственную молитву Богу-Императору, отвратившему от своего слуги преждевременную смерть. Отав команду пилоту-сервитору, он уселся в командирской рубке, с тоской взирая на остатки разгромленного эскадрона и неумолимо приближающийся вражеский линкор, начавший в этот самый момент обстрел орбитального форта.

Мичман Уно Мадэул был единственным человеком, выжившем после гибели эскадрона. Оставшиеся шестьдесят тысяч человек, весь экипаж шести фрегатов, сгинули в бесконечной пустоте...


Текущее ФРПГ: Тьма над Раной...
Обсуждение ФРПГ
 
SamolichnoДата: Среда, 11 Янв 2017, 19:48:07 | Сообщение # 171
Облаченный в Слово

Chaos
Сообщений: 1799
Репутация: 173
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Имя: Денис Давыдов
Пол: Мужчина
Пользователь №: 2549
Регистрация: 03 Апр 2011
Группа: N1Ce клан
Страна: Российская Федерация
Город: Таганрог

Skype: zanbatto1
ICQ: 860999265

Закрытый отдел Арсенала "Sanctum Terra"

В закрытом отделе главного арсенала «Sanctum Terra», в отличии от большинства корабельных уровней выше рабских палуб, царила практически полная тишина. Единственным шумом был стук пульса плазменных двигателей, дрожь от которых расходилась по плитам пола. В воздухе висело статическое напряжение от работающих пустотных полей, ощутимый привкус озона боролся с привычными запахами оружейного масла и концентрированной смазки.
Креос Ад-Зара, Первый Жрец, Владыка Хора и Повелитель Воинства, ступал по залу арсенала. Когда он проходил мимо, смертные слуги-оружейники и специалисты-ремонтники, которые трудились в недрах корабля, кланялись, шептали молитву и бросали благоговейные взгляды. Креос не обращал на них внимания, взгляд его багровых, словно словно само Море Душ, глаз был сосредоточен на тех предметах, которыми занимались истощенные люди. Он оставлял позади ряд за рядом пустых боевых доспехов, стоявших шеренгами вдоль обеих длинных стен арсенала на стальных пьедесталах-упорах.
Каждый комплект силовой брони отличался от других, представляя собой смесь разных типов и конструкций. Наиболее часто встречались части Mk III и Mk IV, поверхность которых была исчерчена окультными рунами и символами, а блестящие латунью кругляши штифтов молекулярной сцепки, удерживали вместе изношенные пластины пластали и керамита. У некоторых были, едва вошедшие в обиход на момент Ереси шлемы Mk IV, у других – древние Mk II с кольцевыми керамитовыми полосами, или же шлемы Mk III с вертикальной щелью на лицевом щитке и горизонтальной линзой. Их объединяли лишь две черты. Все они были выкрашены в один и тот же багряный оттенок, и у всех на правом наплечнике присутствовал один и тот же символ: слепой демонический лик из пустых глазниц коего бежали неровные линии крови, зашедшийся в неслышимом крике, на фоне мерцающего пламени нереальности.
Несмотря на все старания специалистов-ремонтников, на большинстве доспехов все еще были видны повреждения. Не только испещренные старинные витиеватые руны заклятий, но и следы от ударов, полученных в отчаянных, кровавых, пусть и столь недавних боях. Оружейники, работавшие в носовом и кормовом арсеналах корабля, трудились, изредка прерываясь на отдых, чтобы исправить ущерб, нанесенный Воинству в недавнем пламени междоусобной войны. И все же по пути Креос видел блеск оголенного металла, отмечавшего те места, где броню повредили и ободрали адамантиевые зубы топоров и клинков, или же изъело химическое пламя огнеметов или плазменные заряды.

Владыка Хора дошел до конца зала. Перед ним, поверх неприкрытых заклепок и голой стали высокой стены, висели выцветшие остатки воинского знамени Восьмого воинства. Теперь уже его воинства, напомнил себе Креос. Как и на броне воинов, на тяжелой ткани были свежие рубцы. В отличие от доспехов, здесь повреждения не латали, лохмотья служили зловещим напоминанием произошедшему. Напоминанием о том ,что даже самые могучие могут пасть. Знамя не переродится, его выткут заново – как знак не возрождения, но рождения нового, чистого воинства, которое не свернуло с пути, указанного им их примархом. И лишь в душах его воинов будет навеки запечатан позор и горечь их ошибки.
Взгляд Креоса остановился на предмете, который и привел его в арсенал. Это был еще один комплект силовой брони неподвижно и безучастно стоящий на своем пьедестале, сокрытый за неподвластным времени стазис-полем. Он был особенным. Большая часть его элементов относилась к Mk IV, окантовка наплечников имела бронзовый цвет, а почетные символы, нанесенные на темно-багровую поверхность, были более сложными – перчатки, наручи и поножи доспеха покрывали искусные перекрывающиеся узоры, повторяющие татуировки на теле самого апостола. Посередине нагрудника покоилась раскрытая книга с пламенем по центру, выполненная из бронзы, эмблема легиона, до принятия Истины.
Шлем также был более тонко сработан. Лицевой щиток тяжелого шлема Mk III был расписан в подражание кричащему черепу. Креос почувствовал, как участилось его дыхание. Казалось, что отключенные линзы шлема яростно смотрят на него в тишине сумрачного полумрака арсенала.
Перчатки нависшего над ним доспеха покоились на навершии огромного цепного топора, адамантиевая рукоять которого была покрыта поблекшими рунами. C ударной части оружия злобно блестели демонические зубы с адамантиевыми остриями, окаймляющие неприкрытый ротор. Креос протянул руку и коснулся одного из неровных резцов. Он в какой-то мере ожидал, что от столь дерзкого посягательства неподвижная фигура придет в движение и обрушится на него. Оружие, равно как и доспех, считалось табу – носителю более низкого звания строжайше запрещалось трогать их хоть пальцем. Однако Креос более не был ниже по званию.
Броня и цепной топор, проклятое оружие, подобранное на одном из миров Ока, принадлежали бывшему повелителю воинства - Апостолу Сар Кайису. Хотя Креос и предполагал, что это оружие попало Кайису вовсе не волею случая. Его "находка" была подстроена Эребом, которого стало беспокоить быстрое возвышение апостола в рядах легиона после Теневого похода на Ультрамар. Он вел Восьмое воинство сквозь горнило воин еще с тех времен, когда Креос был лишь ребенком на Кхуре.
На протяжении многих десятилетий доспех принадлежал Кайису. Теперь же он перешел Креосу. Пусть даже на него более не распространялось табу, но мысль надеть броню была кощунственной. Креос отвел руку, подняв взгляд на глазные линзы. Он чувствовал, как в ответ на него взирает дух мертвого повелителя.
– Он бы не одобрил.
Креос вздрогнул от раздавшегося голоса. Он обернулся и обнаружил, что к нему приближается Кир Софакс. Хотя верховный колдун и был облачен в полный доспех, Креос только теперь услышал глухой стук шагов и тихое жужжание сервоприводов. Будь это кто-то другой, он бы встревожился собственной нехватке бдительности. Однако Кир Софакс уже давно приобрел обыкновение перемещаться незамеченным.
– Чего он бы не одобрил, брат? – спросил Креос, когда Кир Софакс остановился перед ним. Колдун не смотрел на него, подняв взгляд на старый доспех бывшего повелителя и брата. Он был принят в легион вместе с Кайисом и вместе они проложили себе путь к вершинам. Креос мог лишь догадываться, почему Кир Софакс принял его сторону в междоусобной войне. Оба космических десантника говорили на колхидском наречии, которое использовалось их легионом с момента пришествия примарха.
– Сар Кайис не одобрил бы, что ты стоишь, уставившись на его боевую броню, перед битвой, будто какой-нибудь желторот, еще не обагренный кровью. Если тебе не подходит медитация или тренировки на аренах, нужно заниматься делом.
Креос почувствовал укол раздражения, но подавил его.
– Я пришел воздать дань уважения.
– На это было довольно времени. Как сказал бы Кайис: что было, то прошло. Теперь ты – наш лидер. Ты должен принять на себя все обязанности.
Креос посмотрел на Кир Софакса – Незримого Вестника, верховного колдуна воинства. Его силовой доспех впечатлял даже сильнее, чем его собственный. Его основная поверхность сохранила прежнюю серую расцветку, и каждый ее дюйм – от сапог до искусно украшенного колдовского шлема – покрывала плотная вязь вихрящихся магических рун и заклятий. На вороте висел массивный комплект покрытых резьбой молитвенных костей, а поверх наручей болтались и другие амулеты старой веры. Правая рука покоилась на рукояти из резной кости психосилового клинка , навершие которого было выполнено в виде раскрытой демонической пасти, сомкнутой на осколке драгоценного камня цвета запекшейся крови. Камень поблескивал в тусклом освещении. Колдун был мастером телепатии, который в боях без труда читал намерения противников и обращал даже самые яростные атаки против них самих. В воинстве не было никого равному ему в ближнем бою.
– Близится война, – продолжил Кир Софакс, поворачиваясь к Креосу. – Уничтожение веры, которую мы когда то насаждали по всей галактике. Ты готов, апостол?
– Я готов, – с нажимом ответил Креос, встретившись взглядом с Кир Софаксом. Его глаза выглядели противоестественно и вызывали беспокойство у тех, кто встречал колдуна впервые, своими разными цветами. Большая часть его кожи была смуглой, как и у всех колхидцев, но ее фрагменты вокруг глаз были бледны, словно принадлежали трупу. Последствия долгой связи с Варпом.
– Сейчас воинство нуждается в руководстве, – произнес колдун. – В твоем руководстве, брат. Это будет не обычная война.
– Я знаю.
– Омовение в крови, рожденных из пламени, – продолжал Сир Кофакс. Его сухой шепот эхом разносился по арсеналу. – Нерожденные чуют запах готовящейся резни. Ты же и сам ощущаешь их по ту сторону завесы. Чувствуешь их жажду, их желание принять участие в резне. Мы должны смыть свои прошлые ошибки кровью еретиков.
– Так и будет мой друг, – произнес Креос. – Очередной мир перед нами. И ему суждено пасть.
– На твоих плечах лежит будущее воинства, – сказал Сир Кофакс с нажимом, снова обращая взгляд на силовой доспех Сар Кайиса. Он протянул к нему руку, но не посмел прикоснуться к его поверхности. – Мы – Несущие Слово, брат. Мы те ,кто из глубин ада несет светоч Истины заблудшим душам. Мы те, кто открывает природу божественности жаждущим познания. И те, кто топит в крови глупцов и еретиков, посмевших отвергнуть величие Темных богов. Мы не имеем права на ошибку. Если тебя гложут сомнения брат, ты знаешь у кого стоит спросить совета.


Единственное, чего я всегда желал – это истина. Помните эти слова, читая дальнейшее. Я никогда не задавался целью повергнуть царство лжи моего отца из чувства неуместной гордыни. Я не хотел проливать кровь нашего рода, очистив половину галактики от людей во время этого ожесточенного крестового похода. Никогда не стремился ко всему этому, хоть мне и ведомы причины, по которым это необходимо сделать.
Но я всегда желал лишь истины.


Сообщение отредактировал Samolichno - Четверг, 12 Янв 2017, 18:38:10
 
MaledorДата: Среда, 25 Янв 2017, 01:49:24 | Сообщение # 172
Кавайный товарищ комиссар

Imperium of Man
Сообщений: 273
Репутация: 209
загрузка наград ...
Дополнительная
информация
Имя: Павел ___
Пол: Мужчина
Пользователь №: 2109
Регистрация: 12 Май 2010
Группа: Проверенные
Страна: Российская Федерация
Город: Канск

Skype: guardian463

Джеремия вернулся к комиссару, застав его в той же позе, что и оставил. Ангальт сидел, оперевшись спиной на трак танка Леман Русса. Он смотрел в небо.
Небеса озаряли вспышки, перекрывавшие по своей яркости звезды. В космосе шла битва, и судя по вспышкам, наверняка не в пользу сил флота Его Величества. Адъютант подошел к комиссару и передал флягу. Тракс тут же откупорил её и отпил.
- Судя по всему, небеса мы потеряем. - выдохнул комиссар.
- Мы находимся под щитом города, удары с орбиты нам не угрожают, сэр.
- Это так, Майков. Но это и плохо. Мы загнаны за стены и у нас мало места для маневров. Стоит нам вылезти из города, как нас сотрут с лица планеты орбитальным огнем.
Танк позади комиссара загудел. Танкисты сворачивались и уезжали на позиции. Ангальт поднялся на ноги и начал ходить взад-вперед.
- Я вот о чем подумал. - Тракс посмотрел на Майкова. - Нам известно что осталось еще один шпион, который может нанести удар, когда начнется заварушка.
- Но кто он, мы не знаем, сэр. Хотя... Я могу высказаться, сэр?
- Да, конечно. Ты мой адъютант, я выслушаю тебя и доверяю как самому себе.
- Ну так вот, сэр. - Джеремия приободрился от слов комиссара. - Со слов младшего Гиллоу, нам известно что полковник Фаураль и полковник Гиллоу часто ездили на остров. Чем они там занимались, неизвестно.
- Ты подозреваешь Фаураля?
- Никак нет, сэр. Я подозреваю полковника, который командует округом, на котором находится морской порт. То есть полковника Иммела.
- Серьезное обвинение. - комиссар удивленно приподнял бровь. - С чего ты взял?
Лейтенант достал планшет и выделил некоторые моменты.
- Полковник Иммел командует этим округом, и он, по крайней мере, знает о кораблях, выходящих и приходящих в порт. Он не мог не заметить то, что Гиллоу и Фаураль так часто убывали на остров.
- Он мог спокойно покрывать их путешествия... Более того, они могли подстрекать Фаураля к предательству, ведь он командует южными вратами! По нам бы нанесли удар и с порта и с южных ворот! - цепь заключений в голове комиссара замкнулась.
- Вы понимаете что это значит, сэр? - Джеремия нахмурился.
- Да. На нужно вывести этих двоих на чистую воду! Мы знаем о путешествиях Фаураля вместе с Гиллоу. Спровоцируем Фаураля, зададим ему вопрос, на который он не сможет не ответить и переведем на Иммеля. Почему он покрывал его, почему не доложил об этом командованию. Быстрее. У нас мало времени.
Комиссар побежал к ближайшей химере, где толпились солдаты.
- Взвод, вы со мной! Отправляемся сейчас же. - Ангальт приложил палец к вокс-бусине. - Девкис, я снова покидаю тебя.
- Что? А что мне делать с этим выродком? - Девкис будто выплюнул эти слова.
- В карцер и на хлеб с водой, как я и приказывал. Глаз с него не спускать.
- Куда ты отправляешься снова?
- Штаб СПО, где было восстание. Там находится последний шпион, который дождется своего наказания.
- Храни тебя Император, комиссар.
- И ещё, я забираю с собой Имеретию. Она будет нужна мне там чтобы...
"Я уже здесь, комиссар Тракс." - голос псайкера раздался в голове Ангальта. Псайкер стояла в нескольких шагах от Ангальта. Она невозмутимо смотрела на комиссара, как родитель пришедший на помощь ребенку.
- Во мне есть нужда, Ангальт?
- Да. - у комиссара по спине прошли мурашки. - Мне нужны будут Ваши способности, мэм. Вы отправляетесь с нами.
Псайкер кивнула Ангальту. Комиссар повернулся к взводу, ожидающего команды.
- Бойцы, мы отправляемся в штаб СПО, будьте наготове. Наша задача арестовать последнего предателя. Либо убить его. По машинам!
Гвардейцы быстро загружались в "Химеру". Загрузившись, БМП отправилась к штабу СПО.

Дорога к штабу СПО, десять минут спустя.

В пассажирском отделении "Химеры" царило гробовое молчание, нарушаемое лишь шумом двигателя. Псайкер, сидевшая напротив комиссара вдруг заговорила.
- Ангальт. Есть еще кое-что, что я хотела бы уточнить.
- Я весь внимание, мэм.
- С того момента, как мы прибыли сюда, я слышала голос астропатов. Но сейчас... Я их не слышу.
Комиссар удивился.
- Но что Вы хотите этим сказать, мэм. - глаза Ангальта вдруг широко раскрылись. - Джеремия, срочно свяжи меня с астропатическим хором Раны.
Джеремия начал возиться с вокс-кастером. Он вызывал их на связь около пяти минут, подтверждая опасения комиссара.
- Они на связи, сэр.
- Говорит комиссар Ангальт Тракс, волей Императора, временно исполняющий обязанности губернатора Раны, с кем я говорю?
- С вами говорит наблюдатель Длирс Финкейл, — ответил взволнованный человеческий голос. — Я недавно был прикомандирован к Санктум Телепатика. У нас тут катастрофа, господин комиссар - все астропаты перебиты, в их зале оборону держат Скитарии охраны почтенного архи-магоса Видара Дулайса, но сам служитель Машины куда-то исчез! Господин комиссар, мы пытались связаться с хоть кем-то, но связь не работает, а курьеры так и не вернулись. А что у вас? Я вижу на небе множество вспышек и взрывов, там что - идёт бой?!
- Фраг... Успокойтесь, наблюдатель. Да. В космосе сейчас идет бой с флотом вторгшихся сил Хаоса.
- О Боже-Император, — охнул голос, — нам конец... Всеблагий Император спаси и сох...
- Держите себя в руках. Как много скитарий осталось и все ли астропаты мертвы, Длирс?!
- М-м-мертвы все до единого, г-господ-дин к-комисар... С-сигнала о п-помощи н-нам не п-послать!
- Проклятье. Наблюдатель, успокойтесь. Вы нужны мне сейчас. - комиссар старался говорить как можно спокойнее и одновременно властно. - Вы наша последняя надежда. Свяжитесь с другими городами. Используйте всех астропатов что есть на планете и постарайтесь послать сигнал о помощи.
- Я спокоен как пепел, господин комиссар, — голос Длирса вдруг обрёл твёрдость. — Искренне прошу меня простить, но я вам не помощник.
Ангальт нахмурился. Он уже слышал такой голос. Мертвецкое спокойствие.
- Я полагаю что вы приложили руку к смерти астропатов. Хорошо. Император вам судья и возмездие настигнет вас. Молитесь тем богам, которым служите чтобы я не добрался до вас раньше. - комиссар отключил вокс.
- Госпожа Даулас, могут ли астропаты оставшиеся на планете отправить сообщение о помощи?
- Мне очень жаль вас разочаровывать, господин комиссар, но я сомневаюсь в этом, — задумчиво произнесла Имеретия, опёршись на посох. — Астропаты в большом хоре могла передать сигнал о помощи через всю галактику, но если они все мертвы, то боюсь - шансы невелики. Те, кто не несут на себе это проклятие и подумать не могут, каково это.
Женщина крепко задумалась.
- Впрочем, шанс есть. Небольшой. Нужны любые псайкеры, способные входить в транс. Возможно нам удастся послать слабый сигнал о помощи, однако шанс на то, что на него откликнутся невысок. Будем молиться Богу-Императору, чтобы поблизости был хоть кто-нибудь, способный его услышать.
- Джеремия свяжись со всеми городами. Пусть пошлют всех санкционированных псайкеров планеты в город Силькенос и готовят ритуал. - после этих слов Джеремия начал выходить на связь со всеми, с кем возможно.
- Я должна пойти с ними. Они могут не знать как провести ритуал.
- Нет, мэм. Вы нужны нам здесь. Я думаю они справятся и без вашего руководства.
- Вы боитесь за меня, Ангальт?
- Я не хочу потерять хорошего бойца. - комиссар вздохнул. - Хорошо, мэм. После того как мы разберемся с предателем в штабе СПО, вы отправитесь туда. Координируйте их.
- Да. А теперь, комиссар, объясните мне ваши догадки о предателе.
Остаток пути, комиссар объяснял псайкеру свое мнение о шпионе... "Последний рывок перед бойней." Подумал он в про себя.


Сообщение отредактировал Maledor - Среда, 25 Янв 2017, 01:53:00
 
Форум » RPG » Таверна » Приключения героев Трактира №30 (Тьма над Раной...)
Страница 12 из 12«12101112
Поиск:


Copyright Warhammergames.ru © 2017*
Копирование материалов сайта запрещено